Кусачий
Он кусался и кололся, жёг кожу, сопротивлялся, как мог, но его всё равно засунули в холодильник. Он ненавидел холод, потому что был из Цзибиньго, той славной, теплой провинции в предгорьях Гималаев, не то индийской, не то пакистанской, не то китайской, некогда о называемой «Раем на земле». Все хотели эту землю. Обильную плодами, стоящую на перекрестке Великого Шелкового пути, что вёл на сервер, восток и запад. Долина была прекрасна, защищённая от резких перепадов температур, от злых северных ветров, труднодоступная с Восточного Китая с их вечными дрязгами.
Кашмира — страна мудрости и процветания! У нас в долине было лето! Лето круглый год! И я вспоминаю как водил своё стадо по предгорьям, ветер трепал шерсть моих коз. Длинную, тонкую, такой не было нигде в мире. Мы взбирались к облакам, по переходам, недоступным людям. Мы питали свои тела солнцем и ветром, мы чувствовали связь с Богами и Кармой! О великое слияние всех земных учений, о счастье!!! Когда приходило лето, мои козы отдавали всё это людям, и мы снова уходили в предгорья… Там, где живёт Вечность…
Как наяву Он видел, как расправлялись шерстинки, защищая от холода, ветер запутывался в них, теряя силы замирал, что-то шептал, запутавшись в них — молитвы или легенды, недоступные человеческому уху, а шерсть приглаживалась до состояния шелка…
А теперь этот холод, постоянный холод. В Шотландии было теплее…
Конечно, теперь он будет кусаться и жечь, и колоться. Да не положено! И на самом деле шерстинки встают дыбом, как тогда в Гималаях, это уже рефлекс на опасность, холод, ветер, но никто не расскажет ему старые легенды, никогда ему не увидеть больше своего стада, он проиграл своему молодому сопернику и ушел к людям, где его остригли, вычесали, лишили памяти… Кто додумался увезти его из дома? Зачем? Что он вообще здесь делает? Ему стало страшно…
— Ну вот, полежит до вечера и не будет таким колючим, это я в каком-то женском журнале прочитала. Перед первой ноской положите кашемировый свитер в морозилку…
